Ирина МАЗУРКЕВИЧ: 28 и 29 мая в Театре Комедии им. Акимова состоится премьера спектакля Юрия Аксёнова «Средство Макропулоса». В главной роли зрители увидят популярную актрису театра и кино, заслуженную артистку России Ирину Мазуркевич. Она играет Эмилию Марти, воспользовавшуюся средством Максопулоса, рецептом вечной молодости, продлевающим жизнь на 300 лет.

«Вечернее время» № 18, 14 мая 2004 года; «Шанс» № 63, 28 мая 2004 года

 

Хотя в «Средстве Макропулоса» чрезмерное долголетие выглядит как состояние не только не идеальное, но и не желательное, в предисловии к пьесе Чапек говорит о своём оптимизме. В спектакле оптимизм будет?
Я предисловия принципиально не читала. Его обсуждали на репетициях, но, если честно, мне это не интересно. Мне достаточно того материала, который есть в пьесе. Принципиально важно, чтобы в истории про женщину, которая прожила настолько много разных жизней, что не видит смысла жить вечно, была надежда.
Эмилия Марти - это до такой степени моя роль, что мне кажется, будто такой человек действительно жил на свете. Я недавно в интервью сказала, что это четвертая в жизни роль по глубине моих интимных отношений с ней. В Театре Ленсовета были «Спешите делать добро» и «Зинуля», в Доме Кочневой – Отрадина. При том, что я сыграла очень много ролей. И журналист говорит: «Ой, как это печально». А это совершенно не печально. Такие роли не могут выпадать часто, очень многие артисты могут даже не понять, о чем я говорю. Я же не сумасшедшая, но эта роль живёт вместе со мной, даже как-то меняет меня. Я заранее точно знаю, что это будет иметь отклик у зрителя, я не боюсь сглазить. Даже если… Нет, этого не может быть.

Эмилия Марти живет более 300 лет. Фантастический сюжет не мешает зрителю всерьез сочувствовать героине?

Зрители о том, что она живёт триста лет, узнают только в самом конце. Они видят не фантастическую, а детективную, интересную, психологическую история с любовью, с необыкновенной интригой. Эмилия Марти – живой, очень страстный человек, на протяжении всего спектакля она борется за рецепт Макропулоса, то есть фактически за жизнь.

В пьесе Чапека говорят о том, как страшно коротка жизнь – не успеваешь научиться тому, что человечество освоило до тебя, не видишь плодов своего труда… Мысли о быстротечности жизни мучают Вас?

Как правило, о быстротечности жизни люди задумываются уже с возрастом, молодые этого не понимают. Скажем, моей дочери трудно объяснить, что нужно бы успеть побольше почитать, побольше освоить, пока молодой, потому что времени не хватит. В свой 21 год она постепенно приходит к пониманию того, что, как мне кажется, должна понимать и потихонечку ценить уже давно. Если бы Вы спросили, хочу ли я вернуться обратно, в молодость или что-то сделать по-другому, я бы сказала: «Нет». Мне кажется, что у меня в жизни всё было равномерно, гармонично, всё в свое время, всё постепенно, и я жила полной жизнью. Пока я ни о чём не жалею. Мне всё кажется, что у меня это еще пока далеко… вот этот конец. Но естественно, я психологически готовлюсь. Особенно сейчас, когда вокруг столько смертей, каждый день терракты и несчастные случаи, болезни, нельзя не задумываться о том, что жизнь человеческая короткая и надо ее ценить. Внимательнее и добрее относиться друг к другу, и, главное, беречь близких.

Почему Эмилия Марти отказывается от вечной жизни?

Важно ведь не «сколько» жить, а – как, с кем и для чего. Она одинока из-за этого рецепта. 300 лет рядом с Эмилией нет человека, которому она могла бы открыться, который был бы ей интересен. По человеческим меркам Эмилии 37 лет, и она решает тот остаток жизни, который ей, как любому человеку, отпущен, попробовать прожить полноценно. Зная, что жизнь конечна, она будет ее впитывать, что называется полной грудью.
Эмилия говорит: «Если б вы знали, как ужасно одиночество. Если бы снова еще раз…» Она недоговаривает, но понятно, что говорит о желании испытать чувства человека, который смертен, и который обязательно должен ценить отрезок жизни, который ему отпущен.

Вам знакома ситуация, в которой оказалась Эмилия Марти, когда кажется, что смысла в жизни нет, когда ничего не радует?

Ночью иногда бывает... Конечно, я же живой человек, у меня есть чувства. Когда всё везде хорошо, тогда ты не о чем не думаешь. Но как только возникают неприятности или нет какой-то явной перспективы, тяжелые мысли приходят.

Как спасаетесь от них?

Думаю, всё дело в характере. Я, знаете, как тот хомяк, который за щеками натаскивает в норку много зерна, чтобы потом всю зиму питаться. Вот так и я всю жизнь накапливаю какие-то вещи, которые бы меня по жизни хоть как-то защищали от одиночества. Дом и семья, и друзья, и какие-то увлечения, всё это создаёт тыл, который помогает в трудной ситуации продержаться.

На днях в театре Комедии состоялся 400-ый спектакль «Зойкина квартира». Вы играли Зою Пельц…

Более 350 раз. Прошло 15 лет, а Зойку всё равно не скучно играть. Для меня дико, когда спектакль сыграют 10 раз и говорят, что он уже «разваливается». Театральный организм сравнивают с жизнью человека, есть зачатие, развитие, потом роды – то, что называется премьера. А дальше «ребенок», твоя роль, растёт с каждым годом вместе с тобой, и становится всё дороже и ближе.

Одна из самых близких Вам ролей – в спектакле «Картины из жизни девицы Отрадиной» режиссёра Натальи Леоновой. Как начиналась эта работа?

Уже почти начались репетиции, все сроки горели, когда актриса, которая должна была играть главную роль, отказалась, потому что репетировала другой спектакль. А мы с Наташей в театре Ленсовета в одной гримерке сидели, одни и те же роли играли. И она позвонила мне, кажется, я ей накануне приснилась. Я утром рано должна была на дачу уезжать. Наташа, говорю, я ничего не могу сказать - пьесу не читала - спектаклей - фильмов не видела - ничего не знаю. Но приехала в деревню, покопала грядки, прочитала на ночь пьесу и говорю мужу: «Это какой-то мексиканский сериал – такие страсти, сын пропал, через 20 лет нашелся». Да еще, знаете, как завывают, когда Островского играют?
Но, несмотря на мой скепсис, мы встретились, и Наташа стала рассказывать, как она видит спектакль. Театры очень редко играют первую часть пьесы, где Отрадиной 20 лет. А ведь это очень важно, когда предательство происходит на глазах у зрителя, когда у героини умирает сын… И когда она появляется через 17 лет, зрители иначе к ней относятся. И пока Наташа очень подробно рассказывала мне всю эту жизнь, я всё представляла, просто сразу переживала это. И я потом ушла, а помощник режиссёра, который присутствовал при разговоре, сказал Наташе: «Она уже всю роль здесь перед тобой сыграла». То есть на моем лице было видно всё, что я чувствовала.
Когда получаешь такое огромное наслаждение от работы, от роли, от партнеров, то это обязательно сказывается на зрительском восприятии.

Кажется, зрительская оценка для Вас действительно имеет большое значение. Каким Вы видите «своего зрителя»?

Это мои знакомые, которых я бы позвала на спектакль или не позвала. Бывают спектакли, на которые я не пригласила никогда ни одного человека. Мои зрители - это люди, которые ходят в театр за душевными переживаниями. Интересно, что очень многие любят рассказывать, как они поплакали. Вчера после спектакля одна знакомая говорит: «Почему в программке написано, что «Хочу сниматься в кино» - комедия? Я прорыдала весь спектакль». Я думала, будет ругаться человек, спрашиваю: «Это плохо, что ли?» Наоборот! Это очень хорошо!
Часто люди не ждут от комедии чувств, переживаний, думают просто следить за увлекательным сюжетом. Но когда у зрителя в зале от того, что он увидел, родится эмоция, он обязательно захочет еще раз это почувствовать. Зритель будет вспоминать о театре, только если на спектакле он пережил эмоциональное потрясение. А если воспринимал всё головой, чисто умозрительно, то выйдет из зала, и назавтра забудет.

Беседовала Елена Седова

 

Новости
Репертуар
Спектакли
Труппа
История
Пресса
Контакты
Друзья
Гостевая

Бизнес план для предоставления парикмахерских услуг и салона красоты