Михаил Светин: "Ненавижу репетировать", беседовала Екатерина Омецинская
Вечерний Петербург № 229, 16 декабря 2005 года

Свой подлинный день рождения – 11 декабря, Михаил Светин на откуп никому не отдал. Но руководство театра Комедии имени Акимова, где он работает уже много лет, убедило Михаила Семеновича, что 75-летний юбилей справлять придется. И оказалось, что уже за две недели до творческого вечера, назначенного на 19 декабря, билетов на него не достать! А разве могло быть иначе?..

ЧТО МИША ХОЧЕТ, ТО И ПОЛУЧИТСЯ
- Михаил Семенович, вы себя считаете талантливым артистом?
- Я не знаю – талант я или не талант… Но я любил и честно, серьезно готовился к актерской карьере с трехлетнего возраста. Когда подрос - классе в седьмом – восьмом книгу Станиславского «Работа актера над собой» прочитал, и даже начал подглядывать за людьми… Работал над собой не на шутку… Как этот, как тот (делает гримаски): походка, лицо… Еще будучи ребенком, я думал, что за качества определяют характер, поведение человека… Все это я закладывал в себя. Безумно любил кино. Но театр любил тогда совсем не так, как кино. Семья-то была не театральная…
- А мама как отнеслась к вашему решению быть актером?
- Мама была «за». Мама говорила: «Что Миша хочет, то получится. Миша вундеркинд». И это вся улица знала…
- Говорят, что родительская любовь и уверенность в ребенке творят чудеса…
- Это педагогически очень правильный ход! А вот мой дядя – брат мамы, говорил: «Что это такое! Что за профессия «артист»? Хорошая специальность – сапожник…» Простые люди понимали специальность таким образом. А мама и папа всегда говорили: «Нет, Миша хочет быть артистом – пусть будет!». Так я с их поддержкой и шел по этому пути. Ходил в Киеве в кружок Клуба работников искусств на улице Ленина. Я там уже играл маленькие спектакли в восьмом или девятом классе. И после, когда меня выгнали из школы, я туда тоже ходил…
- Как это, выгнали из школы?
- Я все время выступал прямо на уроках. Учитель и я все время боролись – кто кого, и классу от этого лучше не становилось. На украинский язык я входил, и мне педагог говорил: «Иди отсюда. Я поставлю в журнале отметку, что ты был. Только уходи…» А я говорил: «Нет, я останусь…», потому что повыступать очень хотелось… Всю свою сознательную жизнь я готовился стать актером. Я учился в музыкальном училище, когда со школой расстался. Надо же было среднее образование получать!
- А самая первая большая роль?
- Кружок у нас вел провинциальный актер Александр Леонидович Бельков. У него я сыграл в «Без вины виноватые» Островского актера Шмагу. Безумно копировал Грибова, конечно… Это один из моих самых любимых артистов. Настоящий характерный артист! В кино я этот старый фильм с Дружниковым и Тарасовой помню по кадрам: каждый кадр! Можно мне секунду показать, а я скажу, что там дальше. И вот за кулисами наши учителя, педагоги, смотрю, плачут! «Миша! Ты настоящий артист! Ты должен быть артистом…» Они уверенность мою еще больше укрепили. Вот только что они плакали (лукаво), не понимаю…

Я ОЧЕНЬ ЛЕНИВЫЙ ЧЕЛОВЕК
- Назовите самую памятную свою киноработу.
- А их несколько. Обожаю «Безымянную звезду». Там я сам придумал себе образ маленького человека. Играю я там, конечно, неровно: одна сцена лучше, другая хуже… Но это моя тема.
Еще «Не может быть!» по Зощенко. Тоже я там «маленький человечек». Я вообще Зощенко люблю, читаю на эстраде. После этой роли у Гайдая меня, кстати, стали на улицах узнавать. Я поначалу купался в этом. Сейчас я уже такой старый, что меня все знают, даже молодежь, даже дети. Откуда? Но мне этого хватит до конца жизни…
Еще «Сильва», «Дон Сезар де Базан» Яна Фрида… Жаль фильм «Не было бы счастья». Костя Ершов – режиссер, умер, сняв 1800 метров. А намечалась замечательная тема…
- С Татьяной Казаковой, как с театральным режиссером, легко работать?
- Она фантазерка. Это очень хорошо, когда режиссер фантазирует. Удачно или неудачно: главное идет процесс. А режиссеры, которые репетируют, не зная, что они хотят – беда. Она знает. Это главное – знать, чего добиваешься. Но она любит очень много репетировать… А я ненавижу. Мне обозначить надо, придумать и на публику выйти. На публике все быстрее оттачивается, можно импровизировать, появляются новые мизансцены. Это – живое… Татьяна Сергеевна меня любит, редко делает замечания, и это неправильно. И репетиции беспрерывные – это неправильно…
- А если завтра придут из столичного театра и скажут «Собирайтесь к нам», пойдете?
- Да меня приглашали лучшие режиссеры! Умоляли Захаров и Гончаров. Квартиры обещали… Не пошел. Виной всему одно мое качество – лень. Все знают, что я очень ленивый человек. Я не ленив только для выступлений.
- В современные сериалы сниматься зовут?
- Зовут. Да я не соглашаюсь. Обижаются. Я не хочу там мелькать. Мне кажется, что это принизит мою популярность. Для меня нет в них роли, которую я хотел бы сыграть. Материал должен быть интересен. Надо проживать жизнь героя, а если проживать нечего?
- Ваш герой в «Любимой женщине механика Гаврилова» произносит фразу, ставшую крылатой: «В этой ситуации хочется быть греком…» В смысле «хочется чего-то экстраординарного»… В жизни часто получается «быть греком»?
- Да, хочется быть не таким как все. «Ты кто?» «Я грек»… В жизни этого хочется часто, а получается не всегда. Но бывает. Я и так чем-то отличаюсь от других… Я никогда, правда, не воображал, что я сделан из иного «теста», нежели остальные. А такое меж актеров часто случается. Это глупые иллюзии. Так только отгораживаешься от людей. Жизнь такая короткая! Самое главное, интересное в ней – человеческое общение. Я эту ценность понимаю…

Новости
Репертуар
Спектакли
Труппа
История
Пресса
Контакты
Друзья
Гостевая


© СПб академический ТЕАТР КОМЕДИИ им. Н.П.Акимова, 2003. Все права защищены.
 
Дизайн Анны Полонской